Загадка Эгги ван Хаардт

20 марта

Когда я начинал собирать сведения о художнике по имени Жорж ван Хаардт, чтобы сделать о нём биографическую справку на сайте галереи, я и подумать не мог, в какие запутанные, тёмные семейные тайны мне придётся погрузиться.

Жорж ван Хаардт предпочитал подписывать свои картины только фамилией. Именно так, коротко — «Ван Хаардт» — называется брошюра о нём, написанная в 1966 году критиком Роджером ван Гиндерталем. Сходство голландских фамилий привело к путанице в именах: некоторые иностранные галереи, имеющие в коллекции работы ван Хаардта, полагают, что имя их автора — Роджер (или Роже, если произносить на французский лад). Некоторые называют художника бельгийцем.

Критический этюд ван Гиндерталя о ван Хаардте, 1966

Однако, он не бельгиец и не голландец. Ван Хаардт — поляк, и притом из шляхтичей, с гербом (я прошу запомнить эту деталь). Его настоящее имя — Казимеж Ежи Бродницкий. Ван Хаардт — фамилия его первой жены, которую он взял себе, когда в 1939 году покинул Польшу. В эмиграции его жена, Эгга ван Хаардт, умерла. В 1950 году со второй женой и фамилией, оставшейся в наследство от первой, ван Хаардт поселяется в Париже, где быстро приобретает известность как талантливый художник.

Жорж ван Хаардт. Без названия, 1951. Холст, масло
Жорж ван Хаардт. Без названия, 1954-55. Картон, смешанная техника
Жорж ван Хаардт. Без названия, 1958. Бумага, темпера, коллаж
Жорж ван Хаардт. Композиция, 1962. Холст, смешанная техника. Коллекция галереи "Палисандр
Жорж ван Хаардт. Без названия, 1975. Акрил

В биографических справках, составленных для его первых парижских выставок, сообщается следующее: Ежи Бродницкий (он же Жорж ван Хаардт) впервые выставил свои работы в Варшаве в 1937 году; первое время он показывал их под именем жены. В таком виде его биография воспроизведилась во всех справочных изданиях до начала 2010-х годов.

Эту версию поставил под сомнение другой, современный, польский художник (точнее, художница) — Анна Кашуба-Дембская. Около десяти лет назад она стала собирать для своей докторской диссертации сведения о женщинах, окружавших известного писателя и художника Бруно Шульца, мастера польской авангардной прозы. Одной из них была Эгга ван Хаардт.

Эгга ван Хаардт

Как выяснила Кашуба-Дембская, Эгга считается автором восьми иллюстраций к рассказу Шульца «Комета», опубликованных вместе с текстом рассказа в 35-м выпуске «Литературных новостей» (Wiadomości Literackie) за 1938 год. Бруно Шульц виделся с Эггой (может быть, даже гостил у неё) в Познани в январе 1938 года. Он познакомил её с писателем Витольдом Гомбровичем, которого затем просил в присьме не препятствовать его сближению с Эггой. В 40-м номере «Иллюстрированного еженедельника» (Tygodnik Ilustrowany) за тот же 1938 год вышла статья Бруно Шульца о художнице Эгге ван Хаардт, написанная по материалам её прошлогодней дебютной выставке в Варшаве. Эгга без ведома автора внесла в статью правки. Текст был опубликована в искажённом виде. Узнав об этом, Шульц резко разочаровался в художнице.

Рассказ Бруно Шульца "Комета" в "Литературных ведомостях" (35/1938) с иллюстрациями Эгги ван Хаардт
Рассказ Бруно Шульца "Комета" в "Литературных ведомостях" (35/1938) с иллюстрациями Эгги ван Хаардт

В свете этих сведений скупая биографическа справка о том, что Ежи Бродницкий дебютировал как художник в 30-е годы, выставляясь под именем своей жены, начинает играть новыми красками. Бруно Шульц, искренне полагавший, что пишет хвалебный отзыв о живописи Эгги ван Хаардт, сам того не подозревая, открыл дверь в историю искусств тому, кому он, похоже, надеялся наставить рога.

Первая выставка Эгги ван Хаардт в салоне Галиньского в Варшаве (1937) включала в себя 150 работ. В следующие два года Эгга выставилась в Кракове, Катовицах, Мюнхене и галерее Zak а Париже (с 37 работами). Эмигрировав из Польши вместе с мужем и свекровью, в 1940 г. она показывала 30 своих новых картин в отеле Excelsior в Риме. Через год прошла её выставка в Иерусалиме с 200 работами, созданными в эмиграции. В 1943 году — новая выставка в Иерусалиме, в музее Бецалель, после которой некоторые экспонаты были приобретены в коллекцию музея. Помимо того, Эгга участвовала во многих коллективных выставках. В 1944-м её керамика выставлялась в Асмаре, столице Эритреи. В том же году Эгга ван Хаардт умерла в Иерусалиме от туберкулёза, и вскоре в музее Бецалель открылась её посмертная выставка, где показывали почти 300 работ. На её надгробной плите высечена надпись: «Эгга ван Хаардт, польская художница».

А вскоре после её смерти вдовец, при жизни жены никогда не заявлявший о себе как о художнике (он был юрист по образованию и до эмиграции работал в Познани, кажется, прокурором), объявил, что он — настоящий автор всех работ, которые покойная жена выставляла как свои. В том же музее Бецалель в 1948 году открылась выставка новых работ художника ван Хаардта. Открывая её, директор музея Моше Наркисс объявил: «Воскресения в Палестине — обычное дело. Нас этим не удивишь».

Перед нами — короткая, длиной всего в восемь лет, но насыщенная биография художницы. Она показывала сотни работ в шести странах мира, и за всё это время в их авторстве никто не усомнился. К её персональным выставкам издавали каталоги. Она давала интервью на иерусалимском радио. Но, едва она умерла, все права на её наследие предъявил муж. 

Alexander Schorr. Egga Van Haardt. — Jerusalem: Jerusalem Press Ltd. / Polish Information Center, 1945
Alexander Schorr. Egga Van Haardt. — Jerusalem: Jerusalem Press Ltd. / Polish Information Center, 1945
Alexander Schorr. Egga Van Haardt. — Jerusalem: Jerusalem Press Ltd. / Polish Information Center, 1945
Alexander Schorr. Egga Van Haardt. — Jerusalem: Jerusalem Press Ltd. / Polish Information Center, 1945
Alexander Schorr. Egga Van Haardt. — Jerusalem: Jerusalem Press Ltd. / Polish Information Center, 1945
Alexander Schorr. Egga Van Haardt. — Jerusalem: Jerusalem Press Ltd. / Polish Information Center, 1945
Alexander Schorr. Egga Van Haardt. — Jerusalem: Jerusalem Press Ltd. / Polish Information Center, 1945
Alexander Schorr. Egga Van Haardt. — Jerusalem: Jerusalem Press Ltd. / Polish Information Center, 1945

Легко представить себе человека из знатной семьи, богатого, с престижной профессией юриста, который из страха уронить свой авторитет занимается живописью тайно и препоручает публичную роль художника жене. Сложнее представить мистификацию, растянувшуюся на восемь лет, свидетелями которой было множество людей, и ни один не заподозрил обмана. Вновь открывшиеся обстоятельства позволяют предположить, что Жорж ван Хаардт — преступник, укравший биографию своей жены. И ему все поверили, во-первых, потому что потерпевшая была мертва и не могла встать на защиту своих прав; во-вторых (возможно), потому что она была женщина.

Исследование Кашубы-Дембской— классический пример feminist studies, но сама она себя феминисткой не считает (по крайней мере, не считала, когда проводила его). Она сочувствует Эгге, чьё имя было стёрто из истории, но не спешит объявлять Жоржа ван Хаардта вором. И вот почему.

Эгга ван Хаардт утверждала, что её отец — голландец, а мать — полька. Местом рождения на её могильном камне указан Львов. В буклете одной из её иерусалимских выставок сказано, что она рисовала с восьми лет.

Есть серьёзные основания сомневаться в правдивости этих сведений. Очень вероятно, что Эгга родилась в Познани и имела при рождении имя Елизавета фон Краммер. Её знали также под именем Франчишка, или Франя, а муж называл её Али. Она вышла замуж за Ежи Бродницкого около 1937 года (по другим сведениям, около 1930 года). Есть свидетельства (правда, непонятно, насколько можно им верить), что она торговала сигаретами в познанском ресторане и была неграмотна. По-польски она говорила с акцентом (неизвестно только, с голландским ли). Нет никаких достоверных сведений о том, что она занималась живописью до 1937 года.

Как сообщает Малгожата Китовская-Лысяк в статье, опубликованной на сайте проекта Кашубы-Дембской, Жорж ван Хаардт сообщил в письме Янушу Богуцкому, организатору его выставки 1967 года в Варшаве: «Эгга никогда не подписывала никакие мои работы». Точнее было бы сказать, что она никакие работы вообще не подписывала. На тех из них, автором которых при жизни считалась Эгга, вместо подписи стоит знак: стрела, направленная вверх и перечёркнутая двумя горизонтальными линиями. Он точно соответствует геральдическому знаку на гербе Лис (который мне не удаётся связать с судьбой этой семьи) и напоминает знак на гербе Прус, которым пользовался, среди прочих, польский род Шафаркевичей.

Одна из разновидностей герба Лис
Герб Прус I (у Шафакртевичей был Прус II)

Мать художника, Аньела (в девичестве Шафаркевич), представляется мне важным персонажем этой истории. Она была замужем дважды. Её первый муж Витольд Бродницкий, отец Ежи, умер в 1912 году, когда сыну было около пяти лет. Вторым её мужем в 1921 году стал Болеслав Кьерский. В 1939 году, когда Ежи Бродницкий покинул Польшу вместе с женой и матерью; его отчима, судя по всему, уже не было в живых. Кашуба-Дембская сообщает в своей статье (увы, без ссылки на источник), что, потеряв жену в 1944 году в Иерусалиме, Ежи сильно горевал и даже думал о самоубийстве. Чтобы спасти его, мать связалась с иерусалимской газетой The American Weekly, и с её слов 10 марта 1946 года газета опубликовала сообщение, что подлинный автор работ Эгги ван Хаардт — её вдовец. Мистификация была разоблачена.

Или, наоборот, мистификация только в этот момент возникла.

Что же было на самом деле? Кто создал те нескольких сотен картин, рисунков и гравюр, которые Эгга ван Хаардт восемь лет выставляла как свои? Она или он? Если верно второе предположение и Жорж ван Хаардт присвоил творческую биографию своей умершей жены, какими были его мотивы? Может быть, так он выразил свою скорбь по ней? Может быть, он желал, чтобы та продолжила своё существование в нём? Мы не знаем. Они оба темнили, оба лукавили, оба в равной мере не заслуживают доверия.

Афиша выставки «Ван Хаардт. Одна жизнь — две биографии» в Польской библиотеке в Париже (2016)

Так или иначе, официальная биография Жоржа ван Хаардта никогда не будет прежней. Главный институт, которому этот художник обязан своей посмертной известностью, — Польская библиотека в Париже. Там хранится много его работ, и библиотека регулярно их выставляет. Последняя выставка ван Хаардта, организованная в Польской библиотеке (не могу не отметить, что все три её комиссара — женщины) называлась «Ван Хаардт: одна жизнь — две биографии». Точнее было бы сказать наоборот. Человека с псевдонимом «ван Хаардт» было, несомненно, два. А художник один.

Артём Дежурко

P.S. Я благодарен художнику ван Хаардту (им обоим) за то, что узнал о прекрасном писателе Бруно Шульце. Вот его рассказ «Комета» в переводе на русский язык.

P.P.S. Так и не разгадана тайна герба.